Галина Юрьевна валилась в нашу прихожую подобно тяжелому ледоколу, ломающему тонкий лед чужого спокойствия. Она еще не успела снять туфли, но уже успела переставить обувную ложку, сдвинуть коврик и занять с собой все доступное пространство. Аня смотрела на свекровь. В руках она держала деревянную лопатку для сковородки. Смотреть на свекровь было одновременно утомительно и забавно. Женщина генерировала вокруг себя столько суеты, что в воздухе начинал искрить статический заряд. — Проходите, Галина Юрьевна, раздевайтесь, — ровным тоном произнесла Аня...