— Я — Геннадий Петрович Сычёв, и у меня есть документ. Он произнёс это так, будто вошёл не в маленькую кухню на улице Ленина, 14, а на трибуну суда. Встал у порога, не снимая ботинок, — мокрых, тяжёлых, оставивших два грязных следа на бабушкином половике, — и протянул перед собой сложенный вчетверо лист. Люда стояла у плиты, помешивая кутью. Ложка остановилась. — Какой документ? — спросила тётя Рая, сидевшая за столом с блюдцем киселя. — Завещание, — сказал Геннадий Петрович. — Зинаида Фёдоровна Краснова, тысяча девятьсот тридцать девятого года рождения, завещала мне квартиру...