В зале Дома культуры пахло сырой извёсткой и старым паркетом. Я стояла на шестиметровой стремянке, у самого потолка, и подводила третий листик на розетке — той, что над сценой, лепной, со следами четырёх слоёв побелки. Внизу лязгнула дверь. — Женщина, тут закрыто, — сказала я вниз, не оборачиваясь. — Ремонт. — Мне не в зал. Мне человека найти. Голос был не местный. Ровный, с той усталой вежливостью, какая бывает у диспетчеров и медсестёр к концу смены. Я домазала листик, вытерла шпатель о фартук и стала спускаться...