Коридор был тёмным — она не включила свет перед выходом. Я стоял у вешалки и слышал всё. ───⊰✫⊱─── — Слушай, он же простил один раз — простит и снова, — говорила Вика в трубку. Голос мягкий, почти смеющийся. — Он у меня такой. Добрый. Я знал этот голос. Двадцать лет знал. Она так говорила о сыне соседки, когда та не могла сдать на права. Так говорила о коллеге, который забывал выставить счёт. Добрый. Значит — не опасный. Значит — можно. Я не пошевелился. Просто стоял. За окном гудел лифт — кто-то ехал вниз...