Цилин борщ знала вся улица. Что и говорить, стряпуха она была отменная. Но в те годы, когда у неё вспыхнул, а затем грустно погас роман с сибирским бурильщиком Сашком, Цецилия могла превзойти саму себя. -Инка, - горячо шептала она мне на ухо в 6 утра - Просыпайся! Вставай, шоб я тут со своим азоханвэем на всю улицу не говорила. У нас с тобой секретное дело... Тут же, как по команде, приоткрывались окна всех её соседок. -Сегодня я для Сашка борщ сварю. Ну и для вас с дитём. РОВНО 8 ПОРЦИЙ!!! - увеличивала она голос на несколько децибел, и старые фрамуги окон дружно захлопывались...