Степан Аверьянович не любил детей. По крайней мере, так считало всё село. Дети тоже были в этом уверены. Когда почтальон появлялся на улице со своей потёртой брезентовой сумкой, мальчишки переставали гонять деревянный обруч, девочки прятали за спины недоеденные лепёшки, а самые маленькие прижимались к заборам. Степан Аверьянович никого не бил. Даже голоса почти никогда не повышал. Он просто умел так посмотреть, что человек сразу вспоминал всё плохое, совершённое им за последнюю неделю. Высокий, костлявый, с длинным лицом и седеющими усами, он ходил по селу в старой железнодорожной шинели...

Уведомление о вступлении в наследство пришло обычным письмом — казённый конверт с потёртым штампом нотариальной конторы, немного помятый после почтового ящика. Мария вертела его в руках минут пять, прежде чем решилась вскрыть, хотя догадывалась, о чём речь. Тамара Фёдоровна, двоюродная бабушка по материнской линии, умерла в конце зимы, в своей квартире, в окружении герани на подоконниках, которую разводила лет тридцать. Детей у неё не было, муж умер давно, и единственным человеком, кто заходил к...