Люська стояла посреди узкой кухни, подбоченившись грязной прихваткой. На плите со свистом кипел старый чайник с облупившейся эмалью, брызгая водой на конфорку. В углу, в пластиковом тазу, кисли детские ползунки — старенькая машинка-автомат сегодня утром приказала долго жить, издав прощальный хрип и залив пол мыльной водой. — Ты мне зубы не заговаривай, Артурка! Какая еще амортизация унитаза? Ты совсем умом тронулся на своем гудроне? Артур даже ухом не повел. Он сидел за столом, застеленным липкой...