— Я и не знала, что тебя может позорить то, что сделано руками твоей жены. Марина сказала это тихо, чтобы не услышали в фойе. В банкетный зал уже тянулись гости, шуршали пакетами с цветами, стучали каблуками по светлой плитке, пахло духами, полированной мебелью и чем-то сладким из кухни гостиницы. На стойке у входа стояла высокая ваза с белыми лилиями, а возле зеркала фотограф проверял вспышку и просил не задерживаться. Роман поправил лацкан нового пиджака, того самого, который обошёлся почти в половину их свободных денег за месяц, и скривил рот...