– Снежана, ты сядь. Голос Полины в трубке был таким, каким она говорила на третьем курсе, когда сообщала плохие новости. Тихо и без вступлений. Я села. Кухонный стул скрипнул под коленями, и почему-то именно этот звук запомнился. Не слова. Скрип. Я уже знала, что дальше будет плохо. – Твой Эдуард на планёрке рассказывал ребятам, что у него молодая. Двадцативосьмилетняя. Из отдела логистики. Я молчала. За окном мальчишки гоняли мяч, и удары по асфальту звучали как метроном – ровно, спокойно. А внутри меня всё замерло...