Существует предрассудок, столь же древний, сколь и плоский: будто бы движущиеся картинки, именуемые кинематографом, суть лишь служанка нарратива, призванная тешить взор обывателя иллюзией правдоподобия. Однако подлинная философия кинематографа начинается там, где мы перестаем спрашивать «о чем этот фильм?» и приступаем к вопрошанию «что это такое?» и «как оно нам дано?». Перед нами не просто рассказ, но особого рода инобытие, эйдетическая структура, явленная в мерцании светотени. И когда это мерцание...

Вопрос: «Как протестантам объяснить, что иконы не являются идолами, а являются священными изображениями?» Отвечает отец Олег Стеняев: Однажды я беседовал с одной пожилой баптисткой, и как раз мы говорили об иконах. И она вдруг говорит: — Христос в моем сердце, мне никакие иконы не нужны. Я не знаю почему, я ее вдруг спросил: — А как он выглядит? И, вы знаете, она так смутилась, просто смутилась, стушевалась. — Ну скажите как христианка христианину как он выглядит? — Небольшого роста, рыженький. Я так насторожился и спрашиваю: — А он вам никого не напоминает? Она еще больше смутилась...