– Я из-за железяки с родителями ссориться не буду, – сказал Костя, даже не повернувшись от телевизора. Лена стояла в дверном проёме кухни, сжимая в руке полотенце. Слово «железяка» повисло в воздухе, как пощёчина. Речь шла о её машине. О той самой, которую она купила сама, на свои деньги, после трёх лет накоплений. – Подожди. Ты сейчас серьёзно? – Мать попросила. У неё колени больные, ей на дачу ездить не на чем. А ты молодая, на автобусе доберёшься. Он говорил это тоном человека, который объясняет ребёнку очевидное...

Снежная каша под ногами жутко раздражала, но приметная старушка с клюкой упрямо шагала по двору. Направлялась она к молодому мужчине в форме, который стоял к ней спиной и к чему-то прислушивался. - Вечер в хату, - насмешливо проворчала старушка, еще вчера пытавшая отца Панкратия, отсидевшего до церковного служения приличный срок, на счет уголовного жаргона. Однако, тот буркнул лишь это выражение и спрятался за алтарем. Участковый вздрогнул и резко обернулся. - А, это вы. – Попятился он, но вовремя вспомнил, что сотрудника при исполнении не так легко запугать, и остановился...