Август 1948 года навалился на Москву тяжелым, неподвижным зноем. Но здесь, в густом хвойном массиве Серебряного Бора, царил совершенно иной, прохладный микроклимат. Спецлечебница МГБ СССР напоминала вырубленный в лесу феодальный замок. Четыре сторожевые вышки с прожекторами ПВО по ночам крест-накрест исполосовывали мрак. На контрольно-пропускных пунктах дежурили отборные, проверенные офицеры внутренней охраны. Но именно здесь, прямо сейчас, совершалось идеальное преступление. В номенклатурном крыле, в палате номер шесть, задыхался человек...