— Сережа, ты не брал синюю бархатную коробочку из комода? — Лена стояла в дверном проеме кухни, сжимая в руке пустой футляр, обтянутый потертым от времени бархатом. Её голос не дрожал, он был неестественно ровным, плоским, как кардиограмма покойника. Сергей сидел за столом, широко расставив ноги в вытянутых на коленях спортивных штанах. Перед ним стояла тарелка с наспех сделанными бутербродами: толстые ломти батона, щедро намазанные майонезом, и кругляши докторской колбасы, по краям уже начавшие заветриваться...