Два года назад Тамара твердо решила, что её жизнь кончена. Она сидела на краю их некогда общей кровати, и смотрела, как Григорий швыряет в раскрытый чемодан свои тщательно выглаженные рубашки. Его движения были резкими, в них чувствовалась нетерпеливая энергия человека, который уже одной ногой стоит в новой, яркой жизни. – Пойми, Тома, мы просто переросли друг друга, – говорил Гриша, даже не поворачивая головы. – Ты домашняя, уютная… Мне же нужно движение. Масштаб. Юля дает мне этот масштаб. С ней я чувствую, что могу свернуть горы...

Я помогала сестре выбирать это чёртово платье. Я торговалась с флористом из-за пионов, которые стоили, как крыло самолёта. Я держала её за руку, когда она рыдала из-за бывшего, и говорила: «Ты обязательно встретишь своего человека»...