— Ты не понимаешь. Продай по дешёвке или живи с подселенцами. Третьего не будет. Оля поставила чашку на стол. Аккуратно, донышком точно в круг от прошлого стакана. — Замечательно, — сказала она. В дверях кухни стояла Марина — старшая сестра, сорок два, в новом плаще, с ключами в руке. Ключи она держала так, будто уже что-то ими открыла. За её спиной, в прихожей, топталась Лида, соседка с четвёртого, зашедшая занять соли и теперь не знавшая, уйти или досмотреть. — Оль, я попозже, — сказала Лида. — Останься, — сказала Оля...