Эх, российская история XVIII века — это вам не сухой учебник с датами, а настоящий закрученный триллер, где короны слетали с голов быстрее, чем осенние листья в Летнем саду. Когда юный император Пётр II, последний прямой потомок Романовых по мужской линии, внезапно скончался от оспы в день своей несостоявшейся свадьбы, страна буквально замерла. Наступила тишина, прерываемая лишь шушуканьем в кулуарах. И тут же в воздухе повис один-единственный, колючий, как январский мороз, вопрос: Кто правил после Петра II? Знаете, в те времена престолонаследие было той еще головоломкой. Пётр Алексеевич (который Второй) ушел, не оставив ни завещания, ни наследников...

В 1811 году британский король Георг III уже почти не мог выполнять обязанности монарха. Он страдал от тяжёлого заболевания, сопровождавшегося сильными изменениями поведения и бредовыми представлениями. Врачи записывали его состояние буквально по дням: нарушения сна, вспышки гнева, странные ритуалы, разговоры с людьми, которых рядом не было. Но страна не могла просто остановиться. Если король больше не способен править — кто получает власть вместо него? Именно этот вопрос превратил болезнь одного человека в большую политическую проблему...