В нотариальной конторе пахло принтером и пылью от жалюзи. Мы с Лидой сидели через один стул, как чужие в поликлинике. Павел Игнатьевич пришёл раньше нас и уже разложил на подоконнике папку. — Девчонки, вы главное не тяните, — сказал он. — У меня на 12 ещё дела. Лида кивнула. Я смотрела в окно. Мы приехали продавать мамину дачу за 1400000. Пополам, по 700000 каждой. Десять лет ругани должны были закончиться за 20 минут. Мама умерла в 2016 году. Дача осталась нам двоим, по 1/2 каждой: дом 68 квадратных метров и 12 соток в садоводстве, 25 километров от города...