— Кира, да брось ты раздувать из мухи слона из‑за этих денег! — голос матери звучал резко, почти нетерпеливо. Она провела ладонью по гладкой поверхности новеньких кухонных фасадов, будто хотела лишний раз убедиться, что всё на месте. — Мы их не на пустяки пустили, а на дело. Кира застыла в центре родительской гостиной, крепко сжимая в руке телефон. На экране всё так же светилась банковская выписка — цифры будто впечатались в сетчатку. Она смотрела на них уже целую вечность, хотя ничего не менялось...

— Юль, открывай, это мы! — голос свекрови Людмилы Игоревны прозвучал из-за двери дачного дома в пятницу вечером, когда Юлия только-только устроилась с бокалом вина на веранде, предвкушая тихий вечер вдвоём с мужем. Юлия замерла с бокалом в руке, глядя на Максима. Тот тоже застыл, не донеся вилку с шашлыком до рта. — Ты их звал? — тихо спросила она. — Нет, — так же тихо ответил муж, вставая. — Понятия не имею, откуда они здесь. За дверью уже слышался знакомый гомон — голос свёкра Николая Петровича,...