— Катюш, ну ты же понимаешь, у Лары трое, ипотека горит, а у нас с тобой подушка есть. Я верну в течение года. Игорь говорил это, не отрываясь от телефона, стоя у холодильника в одних трусах. Катя держала в руке открытое банковское приложение. На вкладе, который крёстная подарила ей на тридцатилетие — два миллиона восемьсот, — теперь висело двенадцать тысяч рублей. У отца три дня назад был инсульт. Воронеж, городская, очередь на операцию — до конца месяца. — Игорь. — А? — Там было два восемьсот. — Ну да...