Дождь шел уже пятый день. Это был не тот веселый летний ливень, который смывает пыль с листьев и оставляет после себя радугу. Это была серая, тяжелая стена воды, холодная и безжалостная, словно само небо решило наказать землю за какие-то забытые грехи. Андрей Егорович стоял у окна своей сторожки, вглядываясь в мутную пелену. Стекло дрожало от порывов ветра, а старая рама жалобно скрипела. Ему было шестьдесят два года, и большую часть жизни он провел рядом с животными. Люди казались ему слишком сложными, слишком непредсказуемыми и часто жестокими...