Он стоял у моей калитки в восьмом часу утра и смотрел на сливу так, будто она ему что-то должна. А я в этот момент выносила из дома таз с мокрым бельём и поняла, что сейчас совру. Знаешь, бывает так, что ложь выходит раньше, чем ты успеваешь её обдумать. Губы уже шевелятся, а голова ещё только догоняет. Вот так было и со мной в то июльское утро. Мужчина у забора был высокий, сутулился немного, как сутулятся люди, которые много лет смотрят вниз, на мелкую работу. Волосы русые, коротко стриженные, на висках уже пробивалась ранняя седина...