При родне меня записали в чужие. Золовка поддакивала, муж молчал. А в моей клинике у обеих уже стояла пометка «Семья и близкие» — с такой пометкой за услуги они не платили ни копейки. Антонина Петровна промокнула рот салфеткой и ещё раз объяснила, что крови у нас разные. Я слушала и вспоминала список записей на вторник. Там её фамилия стояла рядом с фамилией дочери. Обе — по особым условиям. Интересно выходило: за столом я чужая, а в списке родственников — самое то. Обед проходил у свекрови. Длинный стол, скатерть с кистями, фарфоровый сервиз с золотой каёмкой...