Антонина поставила на плиту кастрюлю с картошкой и достала из шкафа тарелку. С тех пор, как не стало Геннадия, она продолжала варить картошку на двоих. Четыре штуки, не три и не пять. Вторую порцию съедала утром, холодную, с солью и хлебом. Иногда разговаривала вслух. Не с Геннадием, нет. Просто так. Радио на холодильнике бормотало про погоду. Обещали минус двадцать шесть к ночи. Антонина поправила платок на плечах и потрогала батарею. Еле тёплая. В этом доме батареи грели так, будто экономили на чужих костях...