— Не дергайся, лохматый. Хуже будет, — хрипло выдохнул Архип, стягивая с рук толстые шерстяные рукавицы. Холод тут же пробрал по телу. Перед стариком в рыхлом снегу лежал огромный восточноевропейский пес. Его передняя лапа была намертво зажата стальными дугами чужой браконьерской ловушки. Пес тяжело дышал. Из пасти вырывались густые облачка пара, оседая инеем на черной морде. Зверь был истощен, но сдаваться не собирался: стоило Архипу протянуть руку, как собака оскалилась, издав низкий, вибрирующий рык...