Пар шел от утюга густым белым облаком, оседая влагой на окне. Я методично проглаживала воротник светло-голубой рубашки. Ткань шипела. Павел сидел на табуретке, вытянув длинные ноги в коридор, и листал ленту в телефоне. — Марин, ты стрелки на брюках сильно не заутюживай, ладно? — сказал он, не поднимая глаз от экрана. — Юлька терпеть не может, когда они как ножи. Говорит, это старит. Я молча кивнула, хотя он этого не видел. Перевернула рубашку на спинку, провела горячим металлом по хлопку. Запахло чистым бельем и немного — мужским парфюмом, которым пропиталась ткань еще до стирки...