Железная задвижка лязгнула так, будто по зубам ударили. Артур стоял по ту сторону сетки, и его лицо, обычно холёное, сейчас напоминало плохо вылепленную маску. Он был пьян той самой тихой, ледяной стадией, когда человек перестаёт соображать, где заканчивается игра и начинается уголовный кодекс. — Посиди, Верочка. Подыши. Ты же у нас эксперт, — он толкнул ногой ведро с водой, стоявшее у входа. Вода выплеснулась на мои ботинки. — Вот и покажи, какой ты эксперт. Аракс! Цезарь! Фас, чужая! Два рыжих силуэта, похожих на сгустки нервов и мышц, сорвались с дощатых настилов...