Слава затормозил так, что я лбом едва не вписалась в лобовое стекло. Джип взвыл, колёса крутанули гравий, и в салоне мгновенно запахло жжёной резиной. Снаружи была плотная, как гудрон, сибирская ночь. Только фары Pajero выхватывали из темноты покосившиеся ворота с выцветшей надписью «Сосновый бор» и ржавую цепь. — Выметайся, — Слава не смотрел на меня. Он сжимал руль так, что костяшки пальцев побелели. — Слав, ты чего? До города тридцать километров. Тут связи нет, — я потянула ручку двери, но она была заблокирована...