— Галстук душит. Я не могу в нём дышать, Кать. Это удавка, а не аксессуар. Ты специально его так затянула, чтобы я там сознание потерял? Роман стоял перед зеркалом в прихожей и с брезгливым, мученическим выражением лица оттягивал ворот свежей, идеально выглаженной рубашки. Его пальцы, нервные и чуть влажные, теребили плотный шелк, рискуя оставить на ткани заломы еще до выхода из дома. Екатерина, стоявшая в дверном проеме кухни, скрестив руки на груди, наблюдала за этим спектаклем с ледяным спокойствием снайпера, который просто ждет, когда цель перестанет дергаться...