Она поклялась себе, что больше никого не пустит внутрь. Ни человека, ни привязанность, ни даже намёк на неё. А впустила: лысого, дрожащего, беспородного нахала весом в три килограмма, у которого не было ни шерсти, ни стыда, ни малейшего представления о том, что такое личные границы. Марина не любила слово "отогреться". Оно казалось ей сентиментальным враньем из тех фраз, что говорят перед тем, как сделать больно еще раз. Два года назад она поставила на этом слове крест вместе со всем остальным: с...