Клетка стояла на пассажирском сиденье, пристёгнутая ремнём безопасности, и это бесило Игоря больше всего. — Серьёзно? — спросил он у пустого салона, выезжая со двора покойного дяди. — Я пристегнул хомяка. Хомяк на это ничего не ответил. Он сидел в дальнем углу клетки, уткнувшись носом в опилки, и был похож на старый рыжий тапок, который кто-то забыл выбросить. Игорю как раз и предстояло его выбросить. То есть — отдать. То есть — пристроить. Не выбрасывать же, в самом деле. Эту фразу — «не выбрасывать же» — произнесла соседка дяди, та самая, что открыла ему квартиру по доверенности...