Мой дедушка Захар Кузьмич всегда говорил, что Шатурские болота – это живой, дышащий организм, который нужно уважать и понимать. В свои семьдесят четыре года он знал каждую кочку, каждую неприметную тропинку в этом безбрежном море дурманящего багульника и ржавой воды. Для большинства местных жителей эти мрачные места всегда казались гибельными и страшными, но только не для него. Дед словно разговаривал с лесом на одном, понятном только им двоим языке. Он чувствовал перемену погоды по направлению ветра,...