— Не смей закрывать рот, Андрей, я вижу, как у тебя дрожат губы, улыбайся так, будто ты только что выиграл миллион! — прошипела Марина, не меняя застывшего, сияющего выражения лица. Она сидела на белоснежном ковре, утопая в каскадах дорогого фатина, и прижимала к себе двухлетнего Тёму. Мальчик хныкал, его душил тугой воротник бархатного костюмчика, но Марина цепко держала его за плечо, впиваясь пальцами в мягкую ткань. — Марин, он сейчас разрыдается, — глухо отозвался Андрей, чувствуя, как сводит челюсть от фальшивой радости...