— Это твоя? — спросила я. — Теперь твоя, — сказал он. Мне было четыре. Он нарисовал собаку. Смешную, с большими ушами, с весёлыми глазами. Я засмеялась. Он улыбнулся. Мама потом рассказывала: «Я смотрела на вас и думала: вот оно. Он сел с тобой на пол. Он не испугался чужого ребёнка». Моего родного отца я не помню. Ни лица, ни голоса. Он ушёл, когда мне было три. Сказал маме: «Ребёнок мне не нужен». И ушёл. Даже не обернулся. Мама осталась одна. Съёмная комната, работа продавцом, я на руках. Бабушка помогала, но жили трудно...