— У нас в роду все с приданым были, с фамильным серебром. А ты вилку держишь, как лопату. Господи, где таких только делают? Изольда Павловна аккуратно промокнула губы крахмальной салфеткой. Посмотрела на меня так, словно я посадила пятно на белоснежную скатерть. На её груди тускло поблескивала массивная камея — тяжелая, как и сама хозяйка квартиры. Я отложила вилку. Она звякнула о фарфор слишком громко, разрезав тишину столовой. — Мам, ну перестань, — буркнул муж, не поднимая глаз от жаркого. Олег всегда так делал...