— Опять ты ему рассол устроила, — сказал Юра через забор. Тамара держала у куста пластиковый ковшик. На дне ковшика белели крупинки лимонной кислоты, не до конца разошедшейся в колодезной воде. Куст стоял возле теплицы третий год, высотой почти по колено, с редкими листочками. На молодых верхушках листья стали жёлтыми, только прожилки оставались зелёными, будто кто-то тонкой кисточкой провёл по ним позднее, когда краска уже высохла. — Не рассол, а подкисление, — ответила Тамара. — Голубика кислое любит...

— Оля, мама уже заказала автобус, — сообщил Сергей, усердно разглаживая ладонью кухонную клеенку с нарисованными лимонами. Ольга замерла с банкой соленых огурцов в руках. До металлической крышки оставалось два оборота ключом, рассол пах укропом и смородиновым листом, а на календаре сияла суббота, середина сентября — то самое благословенное время, когда дачный сезон пора сворачивать, закрывать теплицу и пить чай с облепихой в законной городской тишине. — Автобус, Сережа? — переспросила она, глядя прямо в честные, слегка мутноватые глаза супруга...