Четырнадцать лет Рита жила в доме мужа и считала, что это не её дело. А потом муж умер, и оказалось, что дело — очень даже её. Только не так, как она думала. Когда Костя был жив, я ни разу не спросила, на кого оформлен дом. Четырнадцать лет. Четырнадцать лет я варила борщ в этой кухне, стирала шторы в этих комнатах, красила забор каждый май и меняла прокладки в кранах сама, потому что Костя вечно откладывал. И ни разу, ни одного раза за все эти годы мне не пришло в голову заглянуть в документы на дом...