– Рома, я сразу предупреждаю: на диване она спать не будет, со стола ничего не получит, а моё расписание ради собаки никто менять не станет, – сказал Герман Степанович, пропуская внука в квартиру. – До понедельника потерпим друг друга и спокойно разойдёмся. Рома поставил в прихожей сумку и снял куртку. Возле его ноги сидела светло-коричневая собака с белой грудью и смотрела на нового человека так внимательно, будто уже понимала: происходит что-то подозрительное. – Дед, ты говоришь так, словно я тебе не Кнопку оставляю, а козу с характером...