Ветер с воем рвал ветки старых лип, когда Матвей вбежал в содрогающуюся конюшню, не подозревая, что сегодня его жизнь спасет тот, кого он сам выкормил из соски много лет назад. Гроза собиралась над рязанскими полями с самого утра. Небо наливалось свинцом, воздух стал густым, тяжелым, словно пропитанным электричеством. Старый конюх Матвей, которому минувшей весной стукнуло шестьдесят семь, хмуро поглядывал на почерневший горизонт. Его натруженные руки, испещренные глубокими морщинами и шрамами от веревок, привычно перебирали упряжь...