В большом помещении было темно, но тепло, как после улицы показалось Анне. Постепенно глаза привыкли к темноте, и стали различимы предметы. Она пробралась между скамеек к печке, которая была ещё тёплой и подняла глаза. Господи, да разве так можно – улицу топить… Забралась на скамью и прихлопнула вьюшку. В воздухе стоял терпкий запах самосада, от которого перехватывало горло. Начало повести здесь Лизонька сразу закашлялась и заплакала. Анна составила вместе несколько скамеек. – Сейчас, сейчас, моя...