В баре «Боржч» всегда воняло кислятиной, потом и дешевым табаком. За угловым столом, заваленным шелухой от семечек, сидела бригада Борова. Сам Боров — лысый амбал с золотой цепью толщиной с палец поверх тактического комбеза — лениво ковырял вилкой в банке тушенки. Рядом сутулился Шнырь, местный барыга-крыса, чьи глаза бегали быстрее счетчика Гейгера у Выброса. И Псих — молчаливый детина со шрамом через все лицо, который предпочитал решать вопросы ударом кастета. — Говорю тебе, пахан, это фуфло, — прошипел Шнырь, наклоняясь над столом...