В половине одиннадцатого Андрей уже собирался гасить свет, когда снаружи трижды царапнули дверь. Не поскреблись внизу и не ударили веткой по стене — звук был слишком ровный, будто тот, кто стоял на крыльце, точно знал: за дверью есть человек. Андрей включил наружный фонарь и посмотрел в маленькое окно. На крыльце сидела мокрая лайка. Она не просилась внутрь и не глядела на миску, оставленную возле стены. Собака смотрела себе под лапы. На старом резиновом коврике лежал щенок. И только тогда Андрей понял, что ночная гостья пришла к сторожке не ради еды...