Людмила Сергеевна не то, чтобы была из тех безумных собачниц, которые разговаривают с собакой, как с младенцем, и шьют им костюмчики на зиму. Нет, она была женщиной трезвого ума, крепкой закалки, с руками, привыкшими к работе, а не к поглаживанию мохнатых животов. Но вот Жулька – Жулька была её слабостью. Единственной, если не считать внука Мишку, который жил у дочери в Москве и приезжал раз в год на каникулы, привозя с собой запах метро, городскую бледность и привычку смотреть в телефон даже за обедом...

— Мам, пап, вы только не начинайте. На три недели привёз, не навсегда! — Денис поставил возле обувной полки большую переноску и поспешно снял куртку, словно боялся, что родители сейчас выставят его за дверь вместе с неожиданным гостем. — У меня рабочие завтра стены долбить будут. Там пыль, провода, мешки с цементом. Куда я щенка дену? Не в гостиницу же за бешеные деньги. Из переноски донеслось возмущённое поскуливание. Лидия Фёдоровна присела, открыла сетчатую дверцу и увидела маленького рыжеватого пса с белой грудью и одним ухом, которое упрямо стояло торчком...