Ноябрь в том году выдался промозглым и темным. Слякоть липла к подошвам, а сырой ветер выдувал последнее тепло из панельных пятиэтажек. Марина перешагнула порог материнской квартиры и замерла. В прихожей пахло карболкой, сушеной мятой и залежалым драпом. Так пахнет жилье, из которого навсегда ушла хозяйка. Антонины Васильевны не стало полгода назад. Срок приличий вышел, как выражался муж, и теперь требовалось освободить квадратные метры. Виктор стоял позади, нетерпеливо постукивая по косяку массивной связкой автомобильных ключей...