— Лида, заходи! Я остановилась с полотенцем в руках. Голос доносился из комнаты и был удивительно похож на мамин. Только мама утром ушла менять окна в своей квартире, а у меня дома, кроме меня, оставался один попугай. Гоша сидел на деревянной жердочке, наклонив голову. На серой шее топорщилось несколько светлых перьев. Он посмотрел прямо на меня и повторил, медленнее: — Лида. Заходи. Я знала Гошу семнадцать лет. Он умел сообщать, что чайник кипит, хотя мамин давно выключался сам. Иногда произносил моё детское «ой, ну всё», которое мама повторяла за мной шутки ради...