Когда в египетском доме умирала кошка, в нём объявляли траур. Люди сбривали брови, и лицо сразу менялось, будто дом терял не зверя, а того, кто стоял между ним и бедой. Нефру сидела у стены, прижав ладони к коленям. На полу лежала Та-Миу, пятнистая, вытянувшаяся в тихую прямую линию. Из амбара тянуло сухим зерном. В дверном проёме дрожал свет. В комнате никто не спешил начинать разговор. Для чужого человека это выглядело бы странно. Умерла кошка. Не хозяин дома, не старик, не ребёнок. Но в Древнем Египте кошка не была мелкой домашней тенью у порога...