В среду Борис Тимофеевич положил перед механиком журнал и ткнул пальцем в пустую строку. — Сколько можно держать машину? Водитель уже два дня пересаживается с одной на другую. Проверяй и выпускай. А собаку Фёдор сейчас запрёт у себя, хватит с нас представлений. Семён Кольцов не взял ручку. Из сторожки доносился лай Жука, которого заперли, чтобы он больше не мешал рейсу. Механик не понимал, почему старый пёс так рвётся к одной машине. Но после вчерашнего вечера у задних колёс ему не давала покоя одна мысль...