Он ждал расстрела. Стоял в колонне пленных где-то у реки Шпрее в мае 1945-го и был совершенно уверен: сейчас придёт команда, и всё закончится. Именно так, по его глубокому убеждению, и должны были поступать с врагами. Потому что именно так поступали они сами. Хорн Гюнтер попал в плен под Берлином в самом конце войны. Его воспоминания — небольшие, без громких претензий на историческое значение — содержат одну фразу, которая не отпускает меня с первого прочтения: «...как мы обычно делали с русскими»...