– Агафья Тихоновна, ну куда же ты ее дела? – ворчал дед Пахом, стараясь протиснуть свой немаленький живот в узкую щель между сервантом и стеной. Клетчатые штаны, как всегда, предательски сборили на коленях. – Опять спрятала мою любимую герань? Агафья Тихоновна, с видом невинности, будто и не слышала этих воплей, орудовала лейкой над своими фиалками. Волосы, завитые в тугие седые кудри, торчали из-под десятка бигуди, словно антенна, принимающая сигналы из космоса. Она тихонько намурлыкивала мелодию старого романса, чуть фальшивя, но с душой...