Вечер у Алексея давно шёл по одному порядку: ужин, новости и тишина, в которой никто не спрашивает, как прошёл день. Менять в нём что-нибудь он не собирался. В тот вторник он вернулся с работы около девяти, и у подъезда под ботинками уже хрустела первая изморозь. Домофон пискнул, дверь закрылась за спиной. На площадке первого этажа, вплотную к батарее, сидел котёнок. Он был серо-белый, тощий и такой ушастый, что состоял, кажется, из одних ушей и лап. Серое пятно на макушке съезжало ему на левый глаз...