Зинаида Павловна вышла из клиники и села прямо на бордюр у входа. В руках у неё была картонная коробка из-под яблок, а в коробке лежал он. Комок серо-рыжей шерсти, размером с ладонь, дышал так редко, будто каждый вздох приходилось выпрашивать у неба. Врач сказал коротко: – Не выживет. Простите. Слишком мал, слишком слабый, обезвоживание, переохлаждение. Оставьте, мы усыпим гуманно. Она посмотрела на него долго. Так, как умеют смотреть женщины, которым за шестьдесят и которые уже похоронили в этой жизни больше, чем хотели бы вспоминать...